Михаил Михайлович Зощенко был верным последователем неувядаемой традиции классической русской сатиры, где смех никогда не был смехом стороннего, где за внешней веселой формой всегда стояло идущее от сердечной боли гражданское содержание. При кажущейся непритязательности любого его рассказа, на первый взгляд мелкого по теме и пустякового по мысли, у Зощенко всегда таилась взрывной силы остронасущная, живая проблема дня.